Представитель правой интеллигенции (rigort) wrote,
Представитель правой интеллигенции
rigort

Конец путиноведения

Originally posted by krylov at Конец путиноведения
Стоит отметить конец одного специфического жанра, которому отдала дань значительная часть нашего политического сообщества.

Я имею в виду «путиноведение», а точнее - гадание по Путину. То есть толкование словес, знаков, подмигиваний и гримас Путина и приравненных к нему товарищей типа Суркова. «Что же это они хотят нам сказать, на что же намекают, какие сигналы подают».

Жанр этот был, что интересно, востребован только в уникальной «путинской» ситуации.

И Горбачёв, и Ельцин, и Путин, и Медведев проводили политику, не совпадающую с её публично заявленными целями. Грубо говоря, они говорили одно, а делали совершенно другое. Отвлечёмся от оценок этого «другого» - то есть не будем произносить слова «разрушение страны», «разорение населения», «уничтожение русского народа» и так далее. Факт: они делали не то, что говорили. И этот факт нужно было чем-то маскировать. Поскольку же замаскировать действия невозможно, маскировка происходила на уроне слов.

Горбачёв, как известно, заливал любые свои действия морями бессмысленного пустословия. Пустословие это было не настоящим, а «сыгранным». Когда надо, он умел говорить по-спартански коротко и афористично. Но это он делал в общении с равными, а вот на телевизор гнал усыпляющую чепуху. Рекорд был поставлен в судьбоносной речи Горбачёва по поводу судьбы Карабаха (которую я прослушал целиком). В этой жиже, как в сиротском супе, плавала всего ОДНА осмысленная фраза, суть которой сводилась к тому, что «Карабах Армении не передаём». Всё остальное состояло из разваренных капустных листьев, морковки, травы и воды.

Смысл такой стратегии – усыпляющее гипнотизирование наивных советских людей. В этом смысле Горбачёв и Кашпировский занимались одним и тем же. Правда, такая техника работает только на очень наивную публику, но она тогда такой и была.

Ельцин использовал иную методу – а именно, всячески культивировал образ пьянчуги и самодура, который принимает решения исключительно спьяну, куражась. Выжрал водяры и уволил половину правительства, проспался, за голову схватился – с похмелюги уволил вторую. Ну чего возьмёшь, пьющий человек… При этом на самом деле все решения Ельцина были вполне осмысленными и продуманными. Но сам образ Хрюкопадла Гузноблядого, которое пердит и рыгает на всю Русь-Срусь, а если чё ему не по ндраву и супротив характеру, тык сразу еблысь в хрюсло кулачищем – был Ельцину очень выгоден. И к тому же органичен, потому что Ельцин и в самом деле это в себе имел (хотя к этому и не сводился).

Ельцинское «спьяну нарубили» тоже работало на людей определённого типа, а именно –ошеломлённых, перепуганных (ещё бы: на их глазах рухнуло то, что казалось вечным) и внутренне готовых «ко всему вообще». В том числе – поверить в то, что в Кремле сидят пьянчуги и самодуры и «выкаблучиваются». Учитывая же естественный хаос первых лет нового режима, когда неразберхи и впрямь много, поверить в это было легко. Достаточно лёгкого подчёркивания.

Путину же пришлось труднее всего. Он встал у власти в ситуации, когда общество несколько оклемалось и начало думать. В частности – поняло, что его каким-то образом крупно обули, и вот-вот готово было выступить с какими-то требованиями, причём разными, а то и взаимоисключающими. Поэтому Путину нужно было «быть хорошим для всех», то есть всем сулить сбычу самых разных мечт, чаще всего прямо противоположных, а при этом делать то, что заведомо не понравится вообще никому.

Выход был найден в рамках выстраивания образа Путина-Штирлица, «нашего агента в Рейхскремльцелярии». А именно: немногочисленные речи – или даже отдельные слова – Путина, а также его жесты, движения бровками, носиком и так далее были объявлены ШИФРОВКАМИ. «Юстас – Алексу». Толпа Алексов, пользуясь разными декодерами, расшифровывает все эти движения бровками и каждый делает свои выводы. При этом Путин не подтверждал и не опровергал правильность дешифровок. Зато число дешифровщиков множилось и множилось. Некоторые Алексы даже писали книжки «Путин. Его идеология».

Наконец, Медведев. Тут началась четвёртая степень маскировки, а именно – создание системы коллективной безответственности высшего руководства, именуемая «тандем». Теперь, когда принимается какое-то решение, непонятно, кто его, собственно, принял – Путин или Медведев. Каждая голова тандема косится на другую, в результате вся критика валится в дырку между головами.

Соответственно, и профессия гадателя по Путину отмирает. За ненадобностью.

Ну а поскольку на Медведеве русская история прекратила течение своё (буквально: Путиномедвед запланирован НАВЕЧНО, то есть до конца русской агонии), то «на сём и кончим».

)(

Tags: модернизация
Subscribe

Comments for this post were disabled by the author