Представитель правой интеллигенции (rigort) wrote,
Представитель правой интеллигенции
rigort

Спутник и Погром об убийстве царской семьи

"Убийство Николая II стало модельным, так, как убили его, затем убьют миллион с лишним. Убийство Николая — это модель геноцида, по которой затем заработает вся советская карательная система, чертеж, по которому будут убивать тысячи следующие 35 лет. Императора, символ России, расстреляли так, как затем будут расстреливать всю Россию.

Во-первых, без суда и следствия. Никакого суда, даже «революционного», над Николаем не было. Ему просто зачитали резолюцию Уралоблсовета («Николай Александрович! Попытки Ваших единомышленников спасти Вас не увенчались успехом! И вот, в тяжелую годину для Советской республики… — Янкель Хаимович повышает голос и рукой рубит воздух: — …на нас возложена миссия покончить с домом Романовых!»). Его ни в чем не признали виновным. Ни в чем не обвинил. Просто взяли и убили. В годы Красного Террора так убьют сотни тысяч русских людей, затем появятся издевательские «тройки», которые будут приговаривать людей к расстрелу заочно, за 15 минут, даже без протокола. Николай, выслушав резолюцию, успел изумленно сказать: «Что?!», сотни тысяч его бывших подданных будут лишены даже этого удивленного «Что?».

Во-вторых, вместе с императором убили всю его семью. Жену, четырех дочерей (младшей — 16) и сына (14 лет). Пройдет немного времени, и эта дикость станет нормой, появится официальная формулировка «член семьи изменника Родины» (с 1926 года). С нашей точки зрения убийство невинных детей — дикость. С советской — нормальная правоприменительная практика. Если даже у императора семью расстреляли, то чем ты, вредитель, шпион и агент иностранной разведки лучше? Ничем. Модель наказания всей семьи, вырезания всего рода после Николая стала типовой. «Коммунистам эта мысль понравилась».

В-третьих, вместе с императором и его семьей убили еще четырех человек прислуги: камердинера, горничную, повара и доктора Боткина (сына того самого Боткина), который еще во время пребывания императорской семьи в Тобольске умудрился открыть больницу для местного населения, контрреволюционер такой. Расправа с коллегами, знакомыми, друзьями, просто соседями осужденного также станет типовой для Большого Террора. «Рядом стоял? Пулю получи!»

В-четвертых, тотальная ложь. Советское правительство, объявив об убийстве императора, заявит, что его семья переправлена в безопасное место и еще долго будет врать о судьбе царской семьи (в 1922 году Чичерин скажет на Генуэской конференции, что дочери Николая живут в США), при этом прекрасно зная о ее расстреле. Когда через пару дней расстреляют группу великих князей в Алапаевске, местные органы власти и вовсе сообщат, что их будто бы похитили монархисты (и сбросили умирать в шахту, ага). По мере развития советской власти появится прекрасная формулировка «10 лет без права переписки», означающая расстрел, но дающая семье расстрелянного еще 10 лет мучений, надежд, ожиданий. Ложь при репрессиях станет фирменным знаком советской власти и вдовствующая императрица, мать Николая Мария Федоровна даже в 1924 году будет писать, что императорская семья, может быть, все еще жива, просто потерялась. К этому моменту вместе с ней в томительном, выматывающим все силы ложной надеждой неведение будут пребывать еще сотни тысяч русских семей, которые будут надеяться, плакать и пытаться высмотреть в чернильной ночи силуэты близких, уже долгие годы как убитых.

В-пятых, метод расстрела. Под заведенный мотор машины «Форд», чтобы не было слышно выстрелов. Спустя пару лет в сотнях русских городов моторы грузовиков будут день и ночь работать во дворах местных ЧК и этот ночной звук работающих моторов станет для русского уха страшнее звуков выстрелов.

В-шестых, состав команды расстреливающих. Еврейская верхушка (глава — Янкель Хаимович Юровский из — как хорошо пометила его русская история — города Каинска, плюс Филипп Исаевич (Шая Ицикович) Голощекин, Петр Войков (Пинхус Вайнер) и прекрасный армянополяк Георгий Сафаров) при помощи звериных русских низов. Именно таков будет состав карательных органов вплоть до смерти Сталина: Френкели и Ягоды наверху, забитые деревенские вани из придурков, слабо понимающие, что они вообще делают — внизу. Несет ли еврейский народ ответственность за то, что десятки тысяч его представителей координировали массовое уничтожение лучших слоев русского общества? Ну, как немцы за Гитлера?

В-седьмых, судьбы участников террора. Расстреливая императора, дураки запустили Колесо Обозрения Террора, получив место в самой первой кабинке. Судьбы полудурков, решивших выслужиться перед советской властью убийством императора, сложились так: Голощекин убит в Орловской тюрьме, Юровский умер в муках от прободения язвы желудка (дочь его тут же посадили, сладкий 38-ой), Вайнер убит террористом-эмигрантом, Сафаров расстрелян, Сосновский расстрелян, Белобородов расстрелян, Толмачев сам застрелился, Ермаков умер от белой горячки, Медведев забит на смерть во время следствия в тюрьме. Расстреливая императора, еврейские полудурки и рабочие-сектанты открыли Советскую Коробочку Пандоры, из которой вылетели духи террора, обрушившиеся в первую очередь на них самих. В дальнейшем типичной советской практикой стал расстрел старых чекистов новыми чекистами, вплоть до глав НКВД. Прекратился этот милый обычай лишь после расстрела Берии, последнего Советского Князя Террора и Казней, расстрелянного своими же, как и предыдущие князья.

В-восьмых, детоубийство. Цесаревичу Алексею на момент убийства будет 14 лет, самой младшей из княжен — 16. В 1935 году товарищ Сталин в рамках повышения социалистической законности предложит ввести уголовную ответственность с 12 лет, поэтому цесаревич по поздним сталинским меркам вполне подходил под УК. Совершив насилие над детьми, чье преступление заключалось лишь в том, что их отец был императором, советская власть затем возьмется давить и мучить детей менее знатного происхождения, приняв принцип детской ответственности как должное".
https://sputnikipogrom.com/history/888/rasstrel_czarya/#.V4tf-JN946h
Tags: sputnik & pogrom, история России
Subscribe
Comments for this post were disabled by the author