June 23rd, 2015

Андрей Марчуков. Противостояние национальных проектов на Украине в контексте современных событий

Блестящий доклад старшего научного сотрудника Института Российской истории РАН Андрея Марчукова посвящен подведению итогов россиской политики на Украине в 2014-2015 гг.

От всех подобных документов он отличается впервую очередь тем, что автор не боится называть вещи своими именами и не заискивает перед россиянским начальством.

"УКРАИНСКИЙ ПРОЕКТ — СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ

Таков закон психологии: людям приятно слушать то, что они хотят слышать. А хотят они слышать вещи, которые бы не противоречили их видению событий и не вступали в диссонанс с их собственными желаниями. К сожалению, реальность зачастую оказывается далека от успокоительных заверений.

Если отвлечься от столь любимой рядом экспертов и политологов тенденции рассматривать происходящее на Украине в рамках глобального конфликта между США и Россией как всего лишь один из (пусть и очень важный) участок «фронта Третьей Мировой войны» и спуститься с геополитических небес на российско-украинскую землю, то придётся отметить, что события развиваются не столь победно, как это представляют официальные СМИ. И напрочь отбрасывать оценку происходящего, как тяжёлую для России ситуацию, а то и поражение, последствия которого будут сказываться ещё многие годы, не стоит.

К такому заключению можно прийти, если взглянуть на современное состояние действующих на Украине национальных проектов и несомых ими идентичностей. А ведь именно их противостояние и стало одной из главных внутренних причин «украинского кризиса».

Нередко приходится слышать, что украинский проект практически «приказал долго жить», а сама Украина почти что развалилась. На самом деле причин для столь оптимистической оценки недостаточно. Оснований ожидать скорого крушения украинского национального проекта (да и его крушения вообще), а с ним и всего того, что он несёт, и прежде всего украинской государственности и украинской идеи, сейчас нет. Почему?

Действительно, в феврале–марте, и даже до мая 2014 года, он находился на грани исчезновения, поскольку исчерпал заданный в 1991 году внутренний импульс развития (в мирных условиях), вызвал у людей резкое разочарование и поставил вопрос о способности и даже необходимости существования Украины. А вместе с этим на грани развала оказалось и украинская государственность. Кровавый переворот и развязанный киевской хунтой террор положили конец легитимности и государства, и «майданной» власти.

Однако лежащий на земле проект был заботливо подобран, и в него была вдута новая жизнь и новая легитимность. Причём не только формальная, в виде признания новых властей (президента Порошенко и Верховной Рады), но и лежащая в области нематериального.




Украинский проект не просто уцелел, но и окреп. И во внешнеполитической сфере — тут и признание хунты мировым сообществом, и решительная поддержка принципа территориальной целостности Украины, и «понимание» её «борьбы против угрозы с Востока». И в сфере внутриполитической. Украинскими властями и украинствующей общественностью были мобилизованы и максимально задействованы все внутренние ресурсы, которыми в потенциале обладает украинский проект. К их радости, «сбылось» всё то, о чём они вещали полтора века и особенно в годы самостийности. Независимость Украины и сама её идея в опасности. От России исходит агрессия. В стране действует «пятая колонна» в лице донбасских сепаратистов и сторонников Русского мира. Они являются угрозой не только для Украины, но и для всего прогрессивного человечества, а потому Украина — последний оплот на пути российской экспансии. Возникла же эта угроза из-за мешающих нормальному европейскому развитию «православно-византийских традиций», векового «обрусения» и «денационализации» народа и его недостаточной украинской сознательности. А чтобы всё это преодолеть и быть Украиной, требуется широкомасштабная идейная и национальная украинизация, деруссификация и нагнетание антироссийской истерии. А новые условия («аннексия» Крыма и война на Донбассе) позволили украинству получить гораздо более универсальные средства, чем те, которыми оно обладало в мирное время.



Под идеологию украинского проекта были подведены сильные скрепы в виде коллективной памяти, основанной на войне, чувстве «защиты родины» и пролитой во имя неё крови. Тем самым, оказались задействованы мощные символические ценности, причём относящиеся уже не к далёкому мифологизированному прошлому (вспомним, что в украинский пантеон героев входят лишь те личности, которые боролись против Москвы), а к современности. Был актуализирован и «внешний враг» — Россия, русские, Русский мир, который, опять же, из области абстрактной мифологии переместился в современность.

С таким инструментарием социальной инженерии и в таких условиях (тотальной пропаганды и милитаристского психоза) насаждать украинскую идентичность становится гораздо проще, чем раньше. При этом меняется и характер создаваемой нации — в качестве её фундамента всё больше начинает выступать политико-мировоззренческий, а не этно-языковой фундамент, как это было прежде.

Таким образом, в пользу украинского проекта сыграли три обстоятельства. Во-первых, он — силами государства, построенного на его идеологии, и украинствующих — мобилизовал все свои внутренние ресурсы. Во-вторых, Украина была всецело поддержана Западом (и США, и Европой, причём как на уровне евроструктур, так и отдельных стран). А в-третьих, что самое важное (и роковое для стратегических интересов России), украинский проект был спасён одновременно и Западом и… российским руководством.


РОССИЙСКИЙ «ВКЛАД»

Российская политика, которая проводилась с начала весны 2014 года, была нацелена на сохранение «партнёрских отношений» с Европой (да и с США). А посему Русская весна, поднявшаяся на «крымской волне», поддержки и распространения не получила: курс был направлен на сохранение государства Украина и его территориальной целостности (но без Крыма). А раз так, то и на сохранение украинского проекта.

Очень скоро упор в российском освещении происходящего был смещён с украинского национализма (основы украинской государственности и причины внутренних конфликтов) на факты проявления на Украине «нацизма», который и подаётся как главная беда Украины, спровоцировавшая ответные действия народа Донбасса. Да, неонацизм на Украине есть, но это не более чем закономерное и последовательное развитие украинского национализма — иными словами, свойство украинского проекта.

Признание Кремлём новых киевских властей и непризнание волеизъявления жителей ДНР и ЛНР (которые тоже формально не признаны); колебания между поддержкой проекта «Новороссия» и отказом от него; минские соглашения и «спасение» Украины от военного поражения и неминуемой в этих условиях смены власти внутри неё; экономическая поддержка, позволившая киевскому режиму пережить зиму, — всё это черты российской политики.
Сюда же следует добавить такой важный, но редко обсуждаемый момент, как не денонсирование Россией «Договора о сотрудничестве, партнёрстве и дружбе» с Украиной 1997 года — и это на фоне заявлений о разгуле нацизма и антироссийской и террористической политике киевских властей. На словах Киев справедливо обвиняется во всех его прегрешениях, а на деле российское руководство сохраняет с ним партнёрские и даже «дружественные» (как следует из названия договора) отношения. То, что этот договор не был денонсирован украинской стороной, совершенно понятно, ведь он гарантирует признание Россией сухопутных границ Украины (а значит, и пребывания Донбасса, Харькова, Новороссии в её составе). Так что заявления украинских депутатов и высокопоставленных чиновников о том, что Украина пребывает «в состоянии войны с ядерной державой» и прочие их публичные демарши — это внешнее, а истинные интересы никто в Киеве ставить под угрозу не собирается.

Но это Украина. А как соотносятся сохранение этого крайне одиозного и чуть ли не силой продавленного ельцинской командой договора с интересами России? Значит, соотносится. Предполагается и «дружба» — хоть, наверное, и не с самим нынешним режимом, но вот с «Украиной» — точно.

Не настанет на Украине и экономического коллапса и социальных бунтов, начало которых некоторые предрекали ещё на осень 2014 года. Как показали события, Украина (а значит, и киевский режим) будут поддерживаться и Западом, и Россией, пусть даже на минимальном уровне, обеспечивающем сохранение социального мира и существование её государственности.


ПОЛИТИКА ПОЛУМЕР И УКРАИНСТВО

Collapse )




http://rusrand.ru/analytics/protivostojanie-natsionalnyh-proektov-na-ukraine-v-kontekste-sovremennyh-sobytij

Доска Маннергейма. Расследование продолжается

Оригинал взят у kolokoll в Доска Маннергейма. Расследование продолжается


Продолжаю расследование о незаконной установке мемориальной доски Маннергейму в Петербурге.  Появились новые интересные вещи.

Для начала нужно сказать, что установка мемориальных досок в Санкт-Петербурге сторго регламентирована и просто так взять и по своему желанию  установить нельзя. Collapse )

С Маннергеймом было нарушено все, что только можно было нарушить.

Из Министерства Культуры РФ, в Комитет по культуре Санкт-Петербурга поступило письмо, за подписью статс-секретаря (он же заместитель министра культуры РФ) Григория Ивлева, с просьбой согласовать установку мемориальной доски Маннергейму. В обосновании было сказано, что Российское военно-историческое общество провело большую работу по обоснованию целесообразности увековечения памяти Маннергейма и министерство культуры РФ поддерживает это начинание.

В ответ на это письмо, Комитет по культуре СПб дал разъяснение, что установка мемориальной доски эта длительная процедура, что Комитет по культуре, через Совет по мемориальным доскам только предлагает, а выносит постановление об установке Правительство СПб после длительных согласований.

На это письмо, пришло новое письмо из Минкульта РФ, Collapse )

Сдав Донбасс, Россия потеряет Крым, Калининград и Курилы - Святенков, Жучковский и др.

Москва, 23 Июня 2015, 20:16 — REGNUM  В российской элите с самого начала конфликта в Донбассе присутствовали настроения решить его путем интеграции провозгласивших свою независимость ЛНР и ДНР в состав Украины. Те же самые установки существуют и теперь, однако трудно не обратить внимание на тенденцию к их усилению, о чем может свидетельствовать информационная повестка последнего времени. Корреспондент ИА REGNUM поговорил на эту тему с известными публицистами, политологами и общественными деятелями.

«Действительно, настроения сдать Донецк и Луганск, которые и раньше были у российских элит, обострились. Но совершенно непонятно, что может дать капитуляция. Идет какой-то странный торг вокруг досрочных президентских выборов в связи с заявлениями Кудрина. Одновременно звучат заявления, что санкции направлены именно против Росии, а не против Путина. Разворачивается какой-то непонятный элитный процесс, а чем он завершится — пока неясно”, — сказал политолог Павел Святенков.

Однако, по его мнению, в вопросе Донбасса российской элите некуда отступать. «Запад же не требует отдать Донецк и Луганск. Запад требует отдать Донецк, Луганск, Крым, Севастополь и полностью подчиниться, поэтому непонятно, куда российская элита отступает и какие выгоды может принести сдача Донецка и Луганска. Сдав их в состав Украины, следующим шагом мы получим противостояние вокруг Крыма и Севастополя. А если российская элита после этого сдает Крым и Севастополь, то, естественно, мы получаем не только изгнание российских войск из Приднестровья, но и полноценное вступление Украины в НАТО”, — убежден Павел Святенков. Утверждение, что западные санкции будут отменены в случае смягчения позиции России, по его мнению, довольно сомнительно. «Зачем отменять санкции, если они имеют эффект? Дальше можно будет ставить вопрос о Курильских островах, о Калининграде, да и вообще уже о чем угодно”, — уверен он.

Неутешительными оказались прогнозы директора Института глобализации и социальных движений Бориса Кагарлицкого, который уверен в том, что официальная Москва «явно и уже открыто пытается «затолкать» обе республики обратно в состав Украины». «Получится или нет — другой вопрос. Принудить к этому руководство республик можно, но население всё равно будет сопротивляться. А главное, граждане России будут против. Тем не менее со стороны Кремля линия эта будет проводиться. Сейчас только подготовка, активнее всем этим займутся ближе к осени», — предположил политолог.

Директор Института проблем глобализации Михаил Делягин сказал, что не видит принципиальных изменений в информационной повестке и прокомментировал растиражированные российскими и украинскими СМИ слова радио- и тележурналиста Владимира Соловьева, который заявил, что Донбасс никто не предавал, потому что ему никто ничего не обещал. «Принципиального изменения я не заметил. А что касается заявления господина Соловьева, то он — физлицо, а не «рупор Кремля» все-таки. Любой человек имеет право на свое мнение в рамках действующего законодательства и, если ему показалось, что никто ничего не обещал Донецку и Луганску, ну значит, он так думает», — заметил Делягин.

Свое видение процессов, происходящих непосредственно в республиках, изложил ополченец и волонтер Александр Жучковский. «Я бы не сказал, что официальная риторика российского руководства в отношении Донбасса изменилась. На протяжении нескольких месяцев мы не раз слышали от властей, в том числе от Лаврова и Путина, заявления о приверженности «Минскому курсу» и необходимости интеграции Донбасса в состав Украины. Другое дело, что сейчас эта риторика стала более интенсивной и к ней подключились известные телевизионные спикеры и разнообразная «блогосфера», обслуживающая политический курс на «Единую Украину». Это, конечно, не может не настораживать. Объяснения политологов, что это, дескать, «необходимая дипломатия», призванная камуфлировать реальную поддержку Новороссии, не выдерживают критики», — заявил он.

Он рассказал, что поддержка и в гуманитарном, и в военном плане есть, но вместе с тем наблюдается и сдача позиций. По словам Жучковского, он замечает на Донбассе два разнонаправленных процесса: один направлен на поддержку республик, другой — на их «слив». «Объяснить это можно двумя причинами: либо работают две разных противоборствующих группировки (одна — условно прозападная, другая — условно «силовики»), либо Москва до сих пор не определилась и «на всякий случай» держит в готовности два сценария развития ситуации: сценарий постепенного замирения республик и «плавной» интеграции в Украину, и силовой сценарий, связанный с активной поддержкой независимости ЛДНР и, возможно, военным вмешательством, например в случае атаки на Приднестровье или попытки ВСУ осуществить очередной «блицкриг». На мой взгляд, Россия не имеет в этой ситуации инициативы, поэтому какой именно из двух сценариев будет реализован, зависит от договороспособности или недоговороспособности Запада и Киева. Как это ни парадоксально, но я считаю, что только непримиримая позиция Запада и патологическая недоговороспособность Киева не позволили Москве до сих пор сдать ЛДНР», — сказал Жучковский. По этому поводу, по словам ополченца, некоторые российские добровольцы даже шутят, что «наши «лучшие друзья», не дающие «слить Новороссию», — это американцы и украинцы».

Напомним, что ранее ряд публичных деятелей выступили с заявлениями, вызвавшими широкое обсуждение в информационном пространстве. В частности, известный российский телеведущий Владимир Соловьев сказал, что жителей Донбасса «никто не предавал, потому что никто им ничего не обещал». 
Владимир Жириновский в одной из передач заявил: «Нужна размазня Украина. Нужна не только Луганская Народная Республика, Донецкая… Нужна Харьковская народная, Днепропетровская. Чтобы был хаос», — заявил лидер ЛДПР. В частности, это, по его мнению, требуется для вытягивания из России экономических ресурсов. «Мы должны будем кормить все народные республики Украины, но не имеем права вывешивать русский флаг», — утверждает Жириновский.

http://www.regnum.ru/news/polit/1936286.html