August 11th, 2018

Герои русского сопротивления из Украины живут в РФ в полной нищете

"Два года семья русских активистов из Херсонской области проходит круги бюрократического ада, чтобы получить разрешение на работу и вид на жительство в России

Но восточной окраине Москвы, в одной из промышленных зон, в бытовках, в окружении хлама, запчастей и груд матрацев живут люди. Не просто живут, а еще и стараются принести пользу себе и стране, принявшей их не столь любезно, как они рассчитывали.

Что-то похожее можно увидеть в эмигрантских районах не только бедных стран, но и тех государств, которые недавно принимали толпы мигрантов, мнимо или по-настоящему бежавших из воюющей Сирии. Хлам, коробки, двухъярусные нары, отсутствие условий для нормального проживания... Именно так живет в России семья эмигрантов Кривец.

Александр Кривец со своей женой Еленой и дочерью Лидой бежали из Украины, преследуемые за свои политические убеждения и участие в акциях «Русской весны» 2014 года. Они оказались в Москве и в России никому особо не нужны, хотя едва не отдали свои жизни после «майдана», лишились жилья, работы и средств к существованию. Они надеялись на достойное проживание в нашей стране, но пока надежды питают их лишь в самых ярких снах посреди промзоны на летнем пока солнышке. Начнутся холода, и мечты будут уже другие: как выжить в условиях надвигающейся осени в жилье, в котором жить невозможно?

аких бедолаг в столице и городах России достаточно, и, наверное, многие приведут свои примеры. Но случай с семьей Александра Кривца — неординарный. У его дочери Лиды красивый голос — джазовый вокал. Несколько лет назад Лида Кривец была восходящей звездочкой города Новая Каховка в Херсонской области и до событий на Майдане в Киеве выступала и в столице «незалежной», и за ее пределами. Лида, которой сейчас 19 лет, подавала большие надежды стать звездой.

Александр Кривец в советские годы служил в морском спецназе Черноморского флота, занимался бизнесом. В 2013 году поддерживал русские силы на Украине у себя, в Херсонской области.

Когда началась заваруха на Майдане, он участвовал в выступлениях прорусски настроенных горожан в Херсоне и Николаеве. 2 мая, в день трагических событий на Куликовом поле в Одессе, в уличных столкновениях получил удар битой по голове от проукраинских активистов, был тайком вывезен из города, а затем объявлен в розыск. Потом пытался организовывать самооборону Херсона и Новой Каховки, создавал подпольные ячейки в городе. Преследовался властями новой Украины, бежал в Крым, воевал в Донбассе, участвовал в поставках в ДНР и ЛНР гуманитарной помощи.

Его семья — жена и дочь — проживали в Каховке, оставшись без кормильца и средств к существованию. Благодаря небольшим концертам дочери Лиды на праздниках, удавалось сводить концы с концами до тех пор, пока её не пытались заставить выступить перед расквартированными в Херсонской области военнослужащими украинской армии. Те несли здесь службу для «отражения атак российских агрессоров из Крыма». Лида публично заявила, что не будет выступать перед теми, кто убивал людей в Донбассе и хочет то же самое сделать в Крыму. Разгорелся страшный скандал, и дело едва не дошло до рукоприкладства. За квартирой Кривцов СБУ установила наблюдение. Жена Лена тоже лишилась не только подработки, но даже самой возможности устроиться на работу в родном городе. Кривцы были объявлены врагами нации со всеми вытекающими обстоятельствами, что выразилось во «всенародной ненависти и презрении», звонках активистов и четырех обысках в квартире.

После этого жизни в городе совсем не стало, и спустя некоторое время Лида Кривец с матерью каким-то чудом были уведены соратниками отца из-под надзора СБУ и с большими сложностями переправлены в Крым. Там-то юная и красивая Лида исполнила одну из своих самых известных песен — «Севастополь мой», — а также ряд других вокальных произведений про Россию. Лиду заметили представители шоу-бизнеса. Кривцам настоятельно рекомендовали приехать в Москву, а Лиде поступить учиться на вокалистку.

Однако появилась проблема с документами: у Александра паспорт был уничтожен, у супруги Елены при себе оставались украинские корочки, а у Лидии было только свидетельство о рождении, тоже украинское. Но в Москве кто-то обещал помочь оформить все необходимые справки, а также предоставить гражданство.

Поначалу все так и двигалось в каком-то положительном ключе. Нас устроили на работу, добрые люди дали временное жилье, пообещали, что все будет хорошо,

— сидя за столиком, сделанном из бочки, рассказывает Александр Кривец. Человек он работящий: ремонтировал квартиры, технику, параллельно участвовал в работе благотворительного фонда, занимавшегося перевозом гуманитарной помощи в Донбасс. Лиду практически сразу устроили в один из московских институтов культуры учиться вокалу.

Два года тянулась резина с документами. За это время отец семейства лишился работы, потому что закончилось временное разрешение на нее, а документов так и не предоставляли.

Из квартиры люди добрые нас вежливо попросили, потому что решили ее продать — деньги были нужны. Так мы оказались там, где вы сейчас нас видите,

— грустно резюмировал Александр.

Рядом с нами копошится в поломанном генераторе мужчина в годах. Он из Донбасса. Здесь же время от времени появляются другие представители донбасского ополчения, священники храмов из ДНР: в этом месте собирают гуманитарную помощь фонда, где продолжает работу Кривец.

В соседнем вагончике живет семья — мама с двумя маленькими детьми, — ее мужа убили украинские солдаты. Этой семье помогли выбраться в Москву, здесь она познакомилась с мужчиной, он теперь отчим ребят. Все они нелегалы. Кто-то ждет очереди на выправление документов, а кому-то вообще отказали в предоставлении гражданства и РВП — разрешения на временное пребывание в России.

Таджики и киргизы получают эти гражданства, а мы мучаемся, как не знаю кто, — посетовал Кривец.

Александр говорит, что если бы была возможность кому-нибудь заплатить, то он так бы и поступил. Но лишившись официальной работы, Кривец фактически обнищал.

Тут же, в вагончике, среди груды вещей, чайников, матрацев, самокатов и просроченных, но годных еще к употреблению продуктов сидит Лида. Она уже два года учится. В отличие от мрачноватого Александра, дочка оптимистично настроена, шутит. Ей 19 лет. Свои прекрасные годы она проводит в вагончике без отопления и воды, в метре от ее кровати — кровать родителей. Хорошо, что на работу нянькой устроилась Елена Кривец: семья какую-то копеечку имеет.

Несколько месяцев назад бывший украинский журналист, а ныне такой же политэмигрант и беженец из Украины Александр Чаленко писал, что семья Кривцов наконец-то отдала документы на получение политического убежища в российские органы. По этому поводу было целое масштабное ликование, и в СМИ вышли несколько статей. С начала зимы, когда появились эти сообщения, ничего особенного в жизни семьи не поменялось. Кроме того, что она переехала в ту самую промзону и в тот самый вагончик. У Кривцов и окружающих их людей и семей есть возможность работать, руки растут из правильного места. Многие из них имеют опыт боевых действий и, что называется, «в теме». Но нет документов, разрешающих работать и жить в богатой и красивой Москве.

Задаю прямой вопрос: «Почему не поедете в Донбасс, в Крым, где были уже приняты с шумом и восторгами? Почему Москва?» «Потому, — отвечает Кривец, — что дочь хочу направить на правильный и профессиональный путь. Я воевал, служил, контужен и ранен, меня не испугать трудностями, хотя годы берут свое. Но без меня они (показывает на дочь и супругу) тут загнутся. Просто не вытянут».

Я уезжал из этого местечка с плохо скрываемым раздражением. Уже не один десяток историй вышло про то, как участники сопротивления на Украине, крымские активисты, другие сторонники «Русской весны» имеют массу проблем с устройством и трудоустройством в России. В это же время показывают судебный процесс над бандой «ГТА», убивавшей автовладельцев в Подмосковье. Все участники — далеко не нелегальные гастарбайтеры, а люди, имевшие официальные разрешения на работу в нашей стране, да еще не где-нибудь на выселках, а в столице и Подмосковье, а половина из них — еще и граждане России.

Этим ребятам гражданство и средства к существованию дают влет. Пока другие, как минимум, заслужившие своей кровью, прежде чем оформить какую-то справку, должны пройти сто кругов ада и унижений, жить в коробках, есть на железной пустой бочке, что Бог пошлет. Ютиться на натуральном дне Москвы, словно персонажи школьных книг о дореволюционной нищете."
https://tsargrad.tv/articles/na-dne-geroi-russkogo-soprotivlenija-na-ukraine-zhivut-v-polnoj-nishhete_152045
Dima

Ставропольский студент получил трое суток ареста за фото из музея

Ленинский районный суд Ставрополя 16 марта арестовал на трое суток студента Павла Карачаушева за репост записи блогера Ильи Варламова с фотографиями из музея Второй мировой войны в Польше. На одном из снимков была видна свастика...
Карачаушева отвезли в суд. Там студент сказал, что свастика на его интернет-страничке появилась "по глупой ошибке", и он не пропагандировал нацистскую идеологию. Однако судья решил иначе, посчитав, что студент совершил "общественно опасный" поступок.
"У меня описали телефон, а самого отправили на трое суток в спецприемник. Я был в шоке, - вспоминает студент. - Сокамерники и надзиратели были удивлены, когда узнали, за что меня сюда определили, никто мне поначалу не верил. Все трое суток, что я там был, прошли как во сне. Я не понимал, как вообще такое возможно"...

Илья Варламов отмечает, что подобные дела уже не являются новостью. Например, 19 января 2018 года года судья Исакогорского районного суда города Архангельска Елена Костылева оштрафовала гражданина Михаила Листова за демонстрируемый им снимок Парада Победы. Судья объяснила своё решение статьёй 20.3 КоАП: на фото присутствуют склоненные к подножию Мавзолея знамена нацистов, а также тем, что публикация фотографии "может причинить страдания людям, чьи родственники погибли во время Великой Отечественной войны".

Подробнее: https://www.newsru.com/russia/10aug2018/swastika.html