Представитель правой интеллигенции (rigort) wrote,
Представитель правой интеллигенции
rigort

Categories:

Константин Крылов. Все на Русский марш!

Ну что ж. Попробуем объяснить, зачем нужно идти на Русский Марш. И вообще — зачем ходить на уличные мероприятия.

Для начала — маленький пример. Кавказская молодёжь, как известно, очень любит танцевать. То там, то здесь соберётся, и ну танцевать лезгинку. Танцуют, орут что-то на своём языке. Танцуют причём в людных местах, «на проходе». Даже в метро. Чтоб все видели. Впрочем, могут и ночью зарядить — чтоб все слышали. Идут на конфликты, на неприятности, но — продолжают.

Впрочем, кавказцев многие считают грязными тупыми дикарями. Ладно, обойдёмся без дискуссий. Просто возьмём для примера другой народ, тоже несимпатичный многим, но не имеющий подобной репутации. Помните такое действо — хасидскую Хануку в Кремле? Когда евреи, одетые в чёрное, несмотря на декабрьский мороз, стояли в длинной очереди, извивающейся по всему Александровскому Саду. Евреи любят комфорт, уж поверьте, любят. Но что-то заставляло их оторваться от кресел и мягких пуфиков и переться по морозу в центр Москвы? И главное, зачем? Чтобы увидеть хасидские песни и пляски — хасиды весёлые, Ханука тоже весёлый праздник. Ну и самим поучаствовать.

А теперь самый главный вопрос. Когда вы в метро слышите гортанные крики и топот, или видите по телевизору хасидов в Кремле — что вы при этом чувствуете?

Нет, может быть, кто-то не чувствует ничего. Или, скорее, боится себе признаться. Потому что чувство это очень неприятное. И выражается оно очень старыми, почти стэршимися словами, которые у нас давно отвыкли понимать буквально.

Хорошо, я скажу. Вы видите, что ПРИШЛИ ЧУЖИЕ, и что они ТОПЧУТ НАШУ ЗЕМЛЮ. В самом прямом, буквальном смысле топчут. Ногами. Топ-топ. И при этом громко кричат, кричат и поют. Кричат и поют то, что им нравится, а не то, что нравится нам.

И это воспринимается как УНИЖЕНИЕ. Потому что, если бы мы были сильнее, мы бы не дали чужим топтать нашу землю и кричать на нас. Ибо эти крики — это они на нас орут. Они орут — а мы молчим. Они топчут — а мы ходим тихо. Тихо, повторяю, ходим.

И можно сколько угодно убеждать себя, что всё это неважно. Но человеческая природа, вечная и неизменная, говорит нам: право топтать землю имеют только её хозяева, право кричать — они же. А те, кто ходит тихо и не смеет повысить голос — это те, кому эта земля не принадлежит. И поэтому они бесправны, с ними можно обращаться как угодно.

Это простейший язык, понятный даже животным. Тяжёлые шаги и громкий голос — это сильный и смелый. Тихие шаги и шёпот — это слабый и трусливый. Если сильный и смелый ходит тихо и молчит — значит, он попал в такое место, где он слабый. Чужое место, не его место. Оно принадлежит кому-то другому, который здесь, в этом месте — хозяин. Который может ходить, не скрывая шума шагов, а наоборот — с треском впечатывая тяжёлые лапы в землю. И не тихушничает, а воет или рычит.

Что происходит с теми, на чьей земле появились чужаки, топчут эту землю, и их не получается выгнать? Очень просто. Они смиряются с тем, что это уже не их земля. Внутренне, подсознательно. «Это уже не наше, это ихнее». Сделать с этим ничего нельзя — как себя не убеждай, что ничего плохого не происходит, что белозубые кавказские ребята просто веселятся, а чёрнолапсердачные евреи всего лишь следуют обычаям, это не поможет. Внутри себя мы точно знаем, что происходит и почему. «Они топчут нашу землю». Они могут — а мы нет. Мы должны сидеть дома, в крайнем случае — ходить тихо и не отсвечивать. Чтоб нас тут не было видно и слышно. Эт для начала. А потом последние два слова отпадут, как это всегда и происходит.

Теперь понятно, почему так важен именно марш, движение? Те, кто идёт по своей земле — тем она принадлежит. Тысячи ног, впечатывающих подошвы в мокрый асфальт, сотни кричащих ртов — это всё та же самая биология. Мы возвращаем себе свою землю — уже тем, что идём по ней все вместе. «Это наше».
Tags: Русский марш 2010
Subscribe

Comments for this post were disabled by the author